Калеб сверяется с 2gis еще раз, прячет телефон в карман и сворачивает вправо.

Не верится. Просто, мать твою, не верится.
Кэйл не из тех ребят, что сквернословят ради мнимого ощущения "взрослости", и не из тех, что строят многоэтажные матерные конструкции в силу скудности ума и узкого кругозора.
Но сейчас иных описаний для сложившейся ситуации просто не было, ибо она была просто пиздецовой.
Новеньких в принципе не особо жалую. Особенно, если ты резко переводишься в выпускном классе по непонятным причинам. Тем более, если кто-то вдруг узнает, что ты гей. Нежелание Стендалла афишировать подробности первого пункта и спокойная открытость по второму тут же сыграли злую шутку. Нет, в целом, Калеб не ждал иного - это было предсказуемо. Надеялся ли он, что все пройдет гладко и тихо до конца года - да, немного. Рассчитывал ли он на это - скрепя сердцем, но да. Наивно, конечно, но что сделаешь, Кэйл всегда смутно верил в то, что люди могут быть лучше, чем кажутся. Пока действительность убеждала его только в обратном, и парень пошел по скользкой дорожке пересмотра жизненных взглядов. Было больно, но Калеб старался не обращать на это внимания. В конце концов, это же школа, здесь каждый обязан вести себя, как мудак. Особенно, если он находится на верхней ступени пищевой цепочки среднего образования.
Стендалл не планировал заводить здесь друзей. Только спокойно доучиться, уйти в колледж, желательно - в другой город где-нибудь на краю штата, и оставить все в прошлом вместе со слухами, косыми взглядами и ночными кошмарами.
И.. У него ничего не получалось.
С первых же дней футбольная команда, распространяющая тестостерон на километры, взяла его на прицел. Калеб был идеальной мишенью - отстраненный, с хорошими оценками, с ярлыком неблагополучной семьи и любовью к мальчикам. Пока спортсмены щедро одаривали его своим вниманием, остальная часть школьников старательно его избегала. Даже бывалые атусайдеры не торопились протянуть руку помощи, боясь вновь навлечь нездоровый интерес местной "элиты". Мало того, что Калеб стал изгоем без права попасть на верха, его еще не хотели принимать и низы.
Здорово, конечно, чувствовать себя на обочине, просто потому, что тебе не повезло таким родиться и попасть в не самую идеальную американскую семью.
Тетя Мелоди видела, как тяжело приходится племяннику, и помогала ему по мере своих сил. Она просто замечательная - заботливая, понимающая, с постоянным запахом ирисок и свежей выпечки в волосах. Единственная в этом мире, кто смотрела на Калеба и видела его настоящим, а не ряд ярлыков, повешенных одноклассниками и службой опеки. В особенно тяжелые моменты Кэйл пытался взять себя в руки и продержаться до конца хотя бы ради неё - она действительно старалась, чтобы он чувствовал себя лучше.
Когда вскрылось, что Стендаллу выпала честь подтянуть Коннора Найтингейла по ряду предметов, тетя порывалась поговорить с директором и попросить отдать эту привилегию кому-нибудь другому, но Калеб не позволил ей это сделать.
Хватит с неё забот, а он как-нибудь вынесет несколько часов в неделю общество одного из главных задир.

Карты в телефоне подсказывали, что ему осталось пройти ещё один квартал.

Ноги наперекор желанию хозяина замедлились. Глупо, конечно, если он опоздает, это никак не отсрочит неизбежное, скорее - только усугубит. Да, хороший был план - расправиться со всем поскорее, вынести новую порцию унижений и уйти. Стендалл надеялся, что Коннор окажется не таким непроходим идиотом, чтобы не освоить те темы, по которым у него были пропуски. Он ведь должен понимать, что в его интересах получить хорошие оценки и разойтись в разные стороны при меньших потерях..
Хотя, он же футболист. Может ли такая сложная мысль прийти в его голову?
Калеб рассчитывал, что все-таки да, и старался не потерять запал.

Ещё один дом.

Семейное гнездышко семьи Найтингейл выглядело классической американской мечтой. Картинка из каталога или сцена из рекламы йогурта. Калеб с тоской оглядел веранду и слегка скривился - в самом деле мечта, которой у него никогда не было. И как, будучи выращенным в таком благополучном доме в районе с низкой преступностью, можно быть таким козлом?   

Ладно, это не его дело. Просто пусть это закончится быстро.

Калеб позвонил в дверь. Она открылась.
Коннор излучал дружелюбие и радушие.
Как типично. Легко лицемерить, когда буквально пару дней назад смешал своего недо-репетитора с грязью, а теперь желая притвориться, будто бы ничего не было.

"-Слыш, Стендалл, - плечи вздрогнули, но Кэйл не повернулся, - Ей, я к тебе обращаюсь.
Это был Робин - нападающий и главная задница футбольной команды. Остальные в свите непринужденно хихикали, наблюдая, как их кумир подходит к нему и толкает, - Принято здороваться, когда с тобой разговаривают.
-Так это было приглашение к общению? Извини, не понял, мне показалось, что твое самоуважение вновь упало.
-Паршивый педик, - Робин с силой опрокинул его на землю и пару раз старательно познакомил с носком своего ботинка, - Ещё раз увижу тебя около мужской раздевалки - урою, говно собачье.
-Пойдем, Роб, обувь еще запачкаешь.
Все смеялись, будто Калеб, скрученный болью, не валялся сейчас на полу. Коннор тоже. Они ушли, перешагнув через него, как через ненужный мусор."

Сейчас же Найтингейл улыбается ему так, будто Кэйл принес ему мешок рождественских подарков.
-Привет, - Стендалл криво улыбается, пряча презрение глубоко внутри, - Спасибо, не нужно.
Он проходит следом и невольно осматривается в непривычной для себя обстановке. По сути, он попал в логово одного из главных школьных звезд и засранцев, но.. здесь было довольно мило и уютно. Нет, не то чтобы Калеб ожидал увидеть замок злого властелина, но это все равно несколько выбивало из колеи.
Встряхнув волосами - вместе с тем выкидывая все ненужное из головы, он сказал:
-Определенно, я тоже не в восторге от происходящего, но если твои оценки не улучшатся в конце месяца, влетит и тебе, и мне. Поэтому, выбор у нас небольшой, - с этими словами Калеб полез в сумку доставать конспекты и учебники, - Коннор, - было странно обращаться к нему по имени, без приставки "козел", "ублюдок" или "придурок" в своих мыслях, - Ты не мог бы принести пару ручек? Я забыл взять пенал.
Когда Найтингейл передает ему необходимое с фразой "держи, чувак", до Кэйла резко доходит неприятная истина - он даже не помнит его. Т.е., ладно, он не помнит его имени, но этот гребанный спортсмен даже не осознает, что именно над Стендаллом он регулярно измывается вместе со своими тупоголовыми приспешниками. Взгляд Коннора - скучающий, незаинтересованный, но совершенно незамутненный даже намеком на легкое узнавание. Кажется, он был прав: все футболисты те ещё бездушные козлы.
Просто блеск.
Горячая злость и раздражение поднимаются и вылетают с языка раньше, чем Калеб успевает сообразить, насколько грубо и бестактно прозвучали его слова:
-Если что, меня зовут Калеб, и я надеюсь, что твои дружки не начнут глумиться над тобой, из-за того что к тебе домой таскается "паршивый педик".
Блять.. этого точно не стоило говорить.

[nick]Caleb Stendall[/nick][status]get lost[/status][icon]https://i.imgur.com/4HYGtPv.png[/icon]
[sign]
а вдруг он хочет остаться
[indent]  [indent] [indent] _{после восхода} солнца?[/sign]